Размышление перед образом реальности

«Я – святыня, я – богохульство; я – ночь, я – день; я – мир, я – война; я – начало, я – конец. Я – Кали.»

Если бы вы поинтересовались у религиозных людей, хотят ли они встретиться с богом, скорее всего большинство из них ответило бы утвердительно. Это нетрудно понять – бог для верующих является источником света, любви, красоты, справедливости и райского блаженства. Бога называют абсолютной истиной. Все это так, но.… Какие выводы можно сделать из обычного описания бога, является ли вышеперечисленное описание божественных качеств достаточно исчерпывающим? Да, бог есть истина, но действительно ли мы хотим знать истину, как она есть, а не так, как нам хочется ее видеть?

Почему мы так уверены, что обрадуемся истине, когда найдем ее? Не побежим ли мы, столкнувшись с голой и абсолютной истиной, от нее без оглядки, содрогаясь от ужаса, не ранит ли она нас в самое сердце? Да, бог есть свет, бог есть источник всего света во вселенной, яркость и ясность Его не знает границ, но.… Если среднему человеку посветить в глаза мощнейшим прожектором, не ослепнет ли он от света, превышающего возможности человеческого восприятия, не охватит ли ослепленного кромешная тьма? Что уже говорить о божественном свете, который при прямом контакте с ним может восприняться как полный и абсолютный мрак. Энергия этого света есть энергия высшей любви, она, не зная преград, пронизывает все на своем пути. Но будут ли нам приятны объятия бога, сможем ли мы выдержать без вопля боли такой накал любви? Сумеем ли мы выжить в пепле ее негасимого пламени? Да, бог может протянуть нам чашу с нектаром райского блаженства, но не будет ли напиток высшего слишком крепким для нас, не разъест ли он, подобно серной кислоте, все наши внутренности, как физические, так и духовные? Не будет ли амброзия бога ядом для человека?

Да, бог красив абсолютно, но не будет ли эта запредельная красота восприниматься средним человеком как страшное уродство? Уверены ли мы, что у нас достаточно хороший и тонкий вкус, чтобы насладиться этой высшей красотой, такой абсолютной и совершенной, что, возможно, она переходит в собственную противоположность? Вот и получается, что вместо белого, прекрасного образа, излучающего в пространство мягкий свет и держащего в руках чашу с лимонадом райского блаженства, мы можем столкнуться с ужасной черной фигурой, стоящей в ореоле адского пламени вечной божественной любви и протягивающей нам сосуд с прожигающим душу и тело ядом амброзии. Осталось пририсовать рога и хвост, и вот уже перед нами.… Нет, такой образ бога вряд ли будет приятен добросердечному обывателю. Но кто даст гарантию, что он/она придет не таким? И это еще не все!

Давайте коснемся природы бога, а также божественной справедливости. Мы видим мир, в котором мы живем, созданный богом по его образу и подобию. И видим мы в этом мире как цветы и поющих птичек, так и плесень и кровожадных хищников, как ласковое солнышко и нежный ветерок, так и извергающиеся вулканы, шторма и землетрясения, уносящие с собой тысячи жизней, как светлый день, так и темную ночь, как здоровье и молодость, так старость и болезни. Можем ли мы сказать, что все красивое и хорошее в мире создано богом, а все уродливое и смертоносное создано кем-то другим, неким конкурентом благого творца? Вряд ли, поскольку, если существо, даже очень могучее, имеет конкурента и не объемлет собой другой половины мира, мы не можем назвать это существо богом, ибо Бог – это абсолют, безбрежность и полнота. Так что не стоит валить все ужасы и беды на некого дьявола, ибо если дьявол существовал, то он и был бы творением бога, существующим с божественного согласия. Бог есть всё. Именно поэтому зоркому человеку трудно также принять и теорию, говорящую, что весь мир – это иллюзия, нереальность, которая не имеет никакого отношения к божественности. Если бы это было так, то брахман был бы ограничен существованием другой реальности, не имеющей к нему отношения.

Далее, мы видим, что в нашем мире побеждает не только добро, но порою и зло. Множество добрых и хороших людей, включая новорожденных младенцев, мучаются от голода и болезней, нищеты и несправедливости в то время, как многие злодеи и негодяи процветают в роскоши, получают от жизни многочисленные удовольствия и имеют все средства для осуществления своих гнусных замыслов. Где же божественная справедливость? Можно сказать, что страдания хороших людей и благоденствие плохих людей есть результат кармы в их прошлых перерождениях, так что все справедливо. Пусть так, но сама возможность таких страданий и такого положения дел не отрицается вселенной. Кто знает, в чем выражается высшая справедливость бога и насколько отличается она от человеческих понятий о справедливости? Не понимается ли высшая справедливость на человеческом уровне как отсутствие справедливости вообще?

Большинство людей, населяющих нашу планету, имеют средний уровень развития – средний уровень интеллекта, средние способности, среднее чувство вкуса и красоты. Не так много людей могут понять классическую музыку и получить удовольствие от фильмов Тарковского, зато миллионы наслаждаются примитивной поп-музыкой и обожают смотреть «мыльные оперы». Является ли то, чему поклоняется большинство верующих людей, настоящей божественностью?

Бог – вечен, бессмертен, стало быть, он/она за пределами потока времени и его/её нельзя заключить в прошлое, настоящее и будущее. Бог бесконечен, он/она неограничен, будучи заключенным в некое пространство. Что значит «вне времени»? Это значит, что бог не в прошлом, не в настоящем и не в будущем, т. е. он/она существует никогда. Что значит «за пределами пространства»? Это значит, что бога нет впереди, позади, слева и справа, нет ни вверху, ни внизу, т. е. его/её нет нигде. Если бога нигде и никогда не было, то о чем вообще речь? Если же бог есть везде и всегда, значит, в мире есть его/её манифестации. Если бог первичен, и он/она сотворил мир, то надо признать, что мир был создан из бога, ибо ничего другого, даже пустоты, тогда не было. (Если бы вместе с ним/ней было что-либо иное, помимо его/её, оно бы ограничивало бога, а бог по определению полон и ничем не ограничен). Если же все порождено творцом из самого себя, то все в мире «слеплено» из божественного теста. Природа человека и червя, злодея или добродетельного, есть бог. Бог же есть источник, поддержка и конец всему, что происходит в мире. Куда же исчезла фигура благообразного доброго старца, полного понятной нам любви, правящего миром согласно понятной нам справедливости, выраженной для нас в священных заповедях?

Обнаруживающий себя бог, являющийся и светом и тьмой, источником как зла, так и добра, и в то же время, находящийся за пределами того и другого. Правящий миром согласно принципам, не имеющим много общего с человеческими представлениями о хорошем и плохом, справедливом и несправедливом – не вызывает бурного восторга у миллионов людей, населяющих нашу планету. Особенно, если про кумира нельзя даже сказать, находится ли он/она в пределах или за пределами существования или не существования. Как любить такого бога, как в него/неё верить, как ожидать справедливости и защиты? Подобный бог страшит и многие не захотят стремиться достичь его/её, чтобы броситься в объятья или хотя бы насладиться божественным присутствием. Однако адепты радикальных троп самообожествления не боятся реальности. Они смотрят в глаза божественности, именуя её махагахвара (великая бездна), обнаруживая её в себе, а себя в ней.

Большинство людей боятся, имеют желания и пристрастия, а потому не хотят увидеть реальность, не хотят принять её такой, какая она есть, поэтому божественности приписываются приемлемые для большинства людей атрибуты, образы и характеристики. Устройство мира и принципы жизни, дарованные людям религиями, просты (в теории, а не на практике), достаточно однозначны и укладываются в сознание легко. Однако когда в угоду нам сложное упрощается, простое усложняется и желаемое выдается за действительное, мы еще более утрачиваем понимание себя, мира и божественности, еще более уходим от реальности в мир иллюзий. Когда же реальность разбивает наши иллюзии, мы страдаем.

В данном труде я не ставлю перед собой цели раскрыть перед читателем природу Бога в словах и описаниях (попробуй опиши то, что не вписывается в рамки никаких описаний!). Моя задача – показать то, что истина есть, но она значительно отличается от представлений о ней, от имитаций, призванных удовлетворить массы верующих людей и сделать их жизнь менее страшной, более понятной и наполненной неким смыслом.

Символы есть символы, но они выражают то, что стоит за ними. Каждый выбирает свои символы исходя из того, кем является личность и куда и зачем она идет. Тантрические же манифестации бога есть намного больше, чем символы. Взгляните на образ Самарасьи, объединяющий в себе Бхайраву и Кали. Где мы еще видели подобное? Конечно же, в нашей жизни, но отдаем ли мы себе в этом отчет? Бог есть всепоглощающая, все-содержащая в себе тьма, но в то же время эта великая тьма содержит в себе весь свет миров. В то же время бог есть великий все-излучающий свет, проявляющий все феномены мироздания.

Крылья и хвост рептилии говорят о том, что божественность содержит в себе единство духовного и материального, небесного и земного, водного и огненного. Божественность совершенна, полна в себе, её природа самодостаточна и равно включает в себя и женское, и мужское – Шиву-Бхайраву и Шакти-Кали, находящихся в гармонии высшего единства. Выражение лица центральной нижней головы можно истолковать как предельную радость или предельный гнев, что олицетворяет собой недоступную воображению интенсивность Энергии божественного существования, находящуюся за пределами двойственности мыслей и описаний. Образ бога может восприниматься и как сексуальный, привлекательный и красивый, и в то же время как хищный, ужасный и отталкивающий. Это говорит об очень многом – о единстве разрушения и созидания, находящиеся в равновесии и гармонии. Фигура божества обнажена, что говорит об обнаженности истины, о полной изначальной Естественности природы мироздания. Ореол огня и света символизирует собой не только тотальное разрушение, но и чистоту, беспредельную силу, мудрость и любовь. Месяц олицетворяет то, что даже всеразрушающее время является лишь игрушкой, придуманной богом для забавы. Совиная голова представляет собой запредельную мудрость, вдохновение, а также духовного учителя, способного видеть в кромешной тьме сансары. Молнии, идущие из руки божества, олицетворяют шактипат – поток божественной милости, нисходящий на живых существ и помогающий им обрести гармонию и счастье. В руках бог держит разные предметы, одни из которых являются учениями, а другие – методами достижения. И то и другое является сокровищами – дарами божества, позволяющими нам реализовать свою божественность, неописуемое абсолютное совершенство.

А. М. Джайадхар

Размышление перед образом реальности: 1 комментарий

  1. Гераклит заметил както что не ведают современники что Дионис он и есть Аид

Комментарии запрещены.